Мы уже неоднократно упоминали о том, что Астрахань прошлых веков в теплый период влекла людей. Приезжали сюда десятки тысяч, и у каждого был свой интерес. Еще в марте появлялись первые «гастарбайтеры» - грузчики, бурлаки, промысловые рабочие. Вслед за ними прибывали коммерсанты, а также люди свободных профессий — нищие, врачи-шарлатаны, аферисты всех мастей. Наконец, с развитием пароходного сообщения летом стали заезжать и просто досужие путешественники. В начале 20-го века в обиход входит слово «туризм».
И о прогрессе в этом направлении пишет в середине лета 1901 года газета «Астраханский листок»:
«С каждым годом наплыв туристов в наш город увеличивается. Благодаря необыкновенной дешевизне и удобствам сообщения на волжских пароходах, особенно на огромных американцах компании «Надежда», Волга сделалась заменою дач для жителей больших городов. Ездят целыми семьями и по целым месяцам. Сообразно тому, кто чего ищет в пароходах, каждое пароходство имеет свой контингент излюбивших их путешественников. На «меркурьевских» вы встречаете одну публику, на «волжских» другую, на «надеждинских» - третью».
Пароходы прибывали ежедневно. И что встречало вновь прибывших в благословенную Астрахань отдохнуть и погреться? Конечно же, Коса, где заявлял о себе навязчивый маркетинг той поры. Прибывшим гостям услужливые агенты предлагали широкий ассортимент — от «меблированных нумеров» до «бани с курсистками». А также — фрукты, пиво, кумыс, свежую икру, участие в беспроигрышной лотерее и многое другое. В целом, как тогда говорили: «Пожалуйте бриться!». Кстати, побриться с дороги можно было тут же. Но… Процитируем газету:
«По берегу Волги, на Косе, работает прямо на открытом воздухе до десятка цирюльников, приводящих в порядок куафюры невзыскательной береговой публики. Не можем не обратить внимания на крайне грязное содержание этими цирюльниками своих инструментов и приспособлений, как равно, бросается в глаза нетрезвость большинства из них. При бритье последнее обстоятельство очень неприятно, так как нетвердая рука сплошь и рядом производит порезы, а таким путем возможна передача различных болезней».
Соответственно, если туриста сразу не зарезал цирюльник, то он мог продолжить знакомство с Астраханью. И полакомиться местными фруктами, благо они продавались здесь же, на Малых исадах. Впрочем, сие было небезопасно.
«Обращает на себя внимание крайняя грубость и безцеремонность в отношении к публике торговцев фруктами персиян на М. Исадах, на Косе. Особенно дерзки эти господа с лицами, почему либо не купившими у них товара, по адресу которых ими, кроме циничных приставаний, пускаются в ход и руки. Следовало бы немного сократить прыть этих молодцов».
Ну, еще бы. С таким хамством мириться нельзя. А что у нас, кстати, вообще с культурой? Как обстояли дела с культурным досугом? Вечером непременно рекомендовалось посетить «Аркадию» или «Отрадное», где «давались оперетки». Летом — самое то. А пока — погулять по Косе, где народу предлагался не только хлеб, но и зрелища. Об этом также можно встретить упоминание в «Астраханском листке»:
«Около пристани Родионова, на Косе, на тележке воздвигнут ящик с пятью-шестью отверстиями, в которые вставлены стекла. Над ящиком —картинки с эпизодами из китайской войны и из жизни известнаго пустынника Серафима Саровскаго. Береговая публика очень охотно смотрит эту панораму, за неимением лучшего развлечения».
Да уж, выбор невелик. И сочетание какое-то странное — жизнь Серафима Саровского и китайская война. Посему туристы не ограничивались Косой и шли «в город». Здесь выбор побольше. Кто-то спешил в храмы на богомолье, кто-то осматривал архитектурные достопримечательности, кто-то катался на трамвае (да-да, во многих городах Поволжья трамвая еще не было!). А встречались, к примеру, господа, интересующиеся изготовлением икры — главного астраханского «экспоната». Целевых экскурсий тогда еще не практиковали, но иногда, за определенную сумму, гостя могли отвезти на ближнюю тоню и показать нижневолжскую рыбалку. И тогда происходил диалог, который мы также отыскали в «Астраханском листке»:
- Это у вас называется тоня?
- Да, тоня.
- Это здесь икра ловится?
- Как икра? Икряная рыба!
- Это все равно. И жидкая и паюсная икра ловится?
- Икра приготовляется, а не ловится.
- Это все равно. А лососина здесь тоже ловится?
- Тьфу!
А что же астраханская кухня? Возможно ли не отведать местных яств? Ведь многие путешественники и сейчас считают, что из всех видов туризма, гастрономический — самый приятный. Конечно, рестораны, кафе-шантаны, трактиры, чайные, кумысные и прочие заведения были искренне рады гостям. И, в свою очередь, «радовали» гостей ценами. Например, в буфетах это было очень заметно. Снова цитируем прессу:
«Конечно, дешевы фрукты и овощи на рынках», но, попадая в опытные руки разных наших «кормильцев»», содержателей садовых и разных других буфетов, они обращаются в ананасы и продаются по ананасным ценам. Так: разрезанный пополам помидор, политый чуть ли не гарным маслом, называется «помдамур штуфат гарне перче де тюрк»» и продается за 60 к., а демьянка, самая простая демьянка, сотня которых стоит пятак, поджареная на свечном сале, именуется «демянка черчиль сос кабачардо», продается целая штука за 80 к., а половина за 40 к.».
Нет, ну а что вы хотели-то? Съели половинку помидорки с половинкой баклажанчика стоимостью в целковый. А ведь на рубль тогда можно было жить и питаться несколько дней. Зато по приезду в Саратов или Симбирск будете рассказывать, что гуляли «на югах» по полной, и позволили себе даже «помдамур штуфат» с «демянкой черчиль».
Наверное, логика была такая.
А в целом Астрахань всегда считалась гостеприимным городом.
Использованы материалы электронной краеведческой коллекции АОНБ им. Н.К. Крупской
Фото: Главная иллюстрация сгенерирована нейросетью ГигаЧат, Волгоградский областной краеведческий музей, collectionerus.ru
