Раньше подобные оперативные вмешательства были доступны только в федеральных лечебных центрах.
В тридцать с небольшим лет астраханец Алексей Займенцев имел страшный диагноз: врожденный порок сосудов головного мозга, в прошлом - два кровоизлияния в мозг и мучительные приступы эпилепсии. В отделении нейрохирургии Александро-Мариинской областной больницы врачи провели сложнейшую операцию. После трепанации черепа пациенту удалили больные сосуды. Операция длилась около трех часов.
«Я даже не понял, что уже операция закончилась. Потому что после операции девушка стояла, перебинтовывала. Я говорю: "А что, операция закончилась? ". Она говорит: "Да"», - рассказывает Алексей.
В тридцать с небольшим лет астраханец Алексей Займенцев имел страшный диагноз: врожденный порок сосудов головного мозга, в прошлом - два кровоизлияния в мозг и мучительные приступы эпилепсии. В отделении нейрохирургии Александро-Мариинской областной больницы врачи провели сложнейшую операцию. После трепанации черепа пациенту удалили больные сосуды. Операция длилась около трех часов.
«Я даже не понял, что уже операция закончилась. Потому что после операции девушка стояла, перебинтовывала. Я говорю: "А что, операция закончилась? ". Она говорит: "Да"», - рассказывает Алексей.
За год нейрохирурги выполняют до 700 хирургических вмешательств, около ста из них - это высокие технологии, в будущем году хотят увеличить число высокотехнологичных операций до 130.
